Мы довольно долго пребывали в состоянии враждебной нерешительности. Деб и Рехт стояли, уставившись друг на друга, Дик застыл с открытым ртом, а я гадал, входит ли помощь упавшей в обморок женщине в круг обязанностей эксперта по крови. Но тут раздался звук открываемой двери и послышался характерный шум.
- Чёрт! – услышали мы мужской голос. – Чёрт! Чёрт!
Я обернулся, чтобы посмотреть, что там творится. К нам направлялся высокий, приятной наружности мужчина средних лет с прилизанными седыми волосами и короткой бородкой. Он присел на одно колено возле миссис Алдовар и взял её за руку.
читать дальше- Эмили, дорогая, - проговорил он, поглаживая её руку. – Ну же, Эм.
Свою карьеру я делал рядом с первоклассными детективами, и это явно сказалось на мне, потому что я тут же сделал вывод, что этот мужик – мистер Алдовар. И моя сестра не исключение - судя по всему, она пришла к такому же потрясающему выводу. Она, наконец, оторвала взгляд от агента Рехт и посмотрела вниз на мужчину.
- Мистер Алдовар?
- Ну же, дорогая, - повторил он для жены и тут же подтвердил слова Деборы, - Да, я Майкл Алдовар.
Миссис Алдовар открыла глаза и ошалело осмотрелась.
- Майкл? – пробормотала она.
Дебора присела рядом с ними.
- Я сержант Морган. Веду расследование об исчезновении вашей дочери.
- У меня нет денег! – вдруг заявил мистер, и Дебора удивленно уставилась на него.
- Это если вдруг выкуп…или…Она знала об этом. Саманта не думала…Уже звонили?
Дебора отрицательно помотала головой.
- Где вы были, сэр?
- На конференции, в Роли. Медицинская статистика. Мне надо было…Мне позвонила Эмили и сказала, что Саманту похитили.
Дебора быстро взглянула на Рехт, потом снова обратилась к мистеру Алдовару:
- Это было не похищение.
Он замер, а потом наконец посмотрел прямо на Дебору, по-прежнему сжимая руку своей жены.
- Что вы сказали?
- Мы можем поговорить, сэр?
Мужчина сначала посмотрел по сторонам, затем на жену.
- Мы можем отвести жену на диван? Она в порядке?
- Я в порядке. Просто… - простонала женщина.
- Декстер, - кивнула мне Дебора, - дай соль или что там надо. Помогите с Диком ей подняться.
Хорошо, когда на вопросы находятся ответы. Теперь я знал, что в мои обязанности так же входит и помощь женщинам, упавшим в обморок на месте преступления.
Так что я наклонился к миссис Алдовар, а Дебора увела её мужа в сторону. Дик тревожно смотрел на меня, напоминая здоровую красивую собаку, которая ждет, когда же кинут мячик.
- Эй, а у тебя есть эта нюхательная хрень? – поинтересовался он.
Как оказалось Декстер для всех являлся Главным Хранителем Нюхательной Соли. Я понятия не имел, что это такое и где это берут.
К счастью, миссис Алдовар не желала ничего нюхать. Она схватила нас с Диком за руки и пробормотала:
- Помогите встать, пожалуйста.
Мы вдвоем подняли её. Я поискал глазами какую-нибудь свободную горизонтальную поверхность, куда мы могли бы её посадить и в соседней комнате увидел стулья у обеденного стола.
Чтобы усесться на стул, миссис Алдовар не потребовалась наша помощь. Она села так же, как всегда садилась за стол в своём доме.
Я заглянул в соседнюю комнату. Спецагент Рехт со своим напарником направлялась к выходу, а Дебора усиленно их не замечала. Она была занята беседой с хозяином дома. За стеклянными дверями, в патио, Энджел Батиста-не-родственник снимал отпечатки с бокала. А меня так и манило огромное пятно крови на стене в комнате, всего-то в нескольких шагах. Вот это мой мир – мир крови, насилия и мясорубки. И с личной и с профессиональной точки зрения именно в таком мире я живу.
Однако сегодня вся прелесть такой жизни потеряла свою розовую оболочку, которая столько лет держала меня в себе. Я не хотел быть здесь, обозревая последствия чьей-то желанной игры, и даже больше - я уже сам не стремился к таким играм! Сегодня я хотел совершенно другого. Сюда я притащился, совершенно не желая того, просто из чувства долга перед Деборой и сейчас отчаянно желал вернуться в свой новоприобретенный мир, где всё поет и сверкает – Мир Лили-Энн.
Дебора бездумно посмотрела в мою сторону, потом снова вернулась к разговору с Алдоваром. Для неё я стал просто частью места преступления, вроде такого себе Фонового Дектера. Ну хватит! Пора возвращаться к Лили-Энн и Чудоленду!
Не задерживаясь, без всяких ненужных прощаний, я двинул к своей машине, которая всё ещё стояла в укрытии мусорных баков. Я ехал в больницу в преддверии часа пик, волшебного времени, когда каждый водитель на дороге чувствовал себя наделенным правом ехать по всем полосам сразу, только потому, что он выехал с работы пораньше. И в прошлой жизни я бы радовался такой чистой неприязни к жизни. Сегодня же это меня совсем не тронуло. Эти люди представляли опасность для окружающих, и это то, к чему в новом мире я не смогу относится терпимо, так как вскоре собираюсь возить Лили-Энн в балетную школу. Я ехал всего-то на десять миль быстрее разрешенной скорости, но это уже приводило в ярость соседних водителей. Они с обеих сторон объезжали меня, сигналя и показывая средний палец, но я твердо придерживался своего безопасного курса, и скоро приехал в больницу.
Когда я вышел из лифта на этаже родильного отделения, я на секунду замер от того, что почувствовал, как в Тёмных Подвалах Декстера раздался слабый шепот. Именно на этом месте я в тот раз почти увидел того, кто почему-то вёл за мной наблюдение. Но эта мысль показалась такой смехотворной, что я просто потряс головой и послал своему Пассажиру ментальное "фи". " Почти кого-то", ага. Я двинул по коридору дальше, в сторону к родовому залу.
Все мои знакомцы уже ушли, появились новые, и за окном Лили-Энн тоже не было видно. На мгновение я был совершенно дезориентирован – куда подевалась моя Лили-Энн? Но вскоре логика взяла верх. Ну, конечно же, прошло ведь несколько часов! Они не оставили бы ее тут в одиночестве на столь долгое время. Лили-Энн должно быть сейчас рядом с мамочкой, кушает и растёт. Я почувствовал укол ревности. У Риты есть с ребенком эта важная и неистребимая связь, преимущество, которого у меня никогда не будет.
Но к счастью для всех я услышал мягкий смешок внутри себя и согласился – да, Декстер! Если уж ты вдруг решил научиться чувствовать, то разве стоит начинать с чувства ревности к мамкиной груди? Твоя роль не менее важна – провести Лили-Энн по тернистому пути жизни. Кто же это сделает лучше меня? Того, кто прожил трудную жизнь, отведав всех жизненных тягот по полной, а теперь имеющий единственное желание – помочь дочери пройти трудный путь невредимой. Короче говоря, кто как не Сумасшедший Папочка Декстер? Всё это было так ясно и логично. Я прожил такую тёмную жизнь только ради того, чтобы теперь привести свою Лили-Энн к свету. Наконец всё встало на свои места и, хотя я научен горьким опытом, что если всё имеет своё место, то ты смотришь не с той стороны, я всё же от этой мысли успокоился. У меня был План, Истинный Образец и в своё время Декстер узнает, каков он, как только увидит, что он стоит на игровой доске. Я понял, зачем я Здесь: не для того чтобы мучить грешных, а чтобы вести невинных. Чувствуя себя великолепно от таких мыслей, просвещённый, я направился в сторону Ритиной палаты. Лили-Энн была там, возлежала на мамочкиной груди и крепко спала. На тумбочке у кровати стоял огромный букет красных роз и вообще весь мир был прекрасен.
Рита открыла глаза и устало улыбнулась.
- Декстер, где ты был?
- Срочный вызов по работе.
Она смотрела на меня не мигая, потом покачала головой.
- Работа. Декстер, я…У тебя же ребенок родился…
В подтверждение этих слов Лили-Энн пошевелилась и снова сонно засопела. Она и это делала так прекрасно!
- Да, я знаю.
- Это же не…Как ты вот так просто мог пойти на работу? – она говорила таким обиженным тоном, какого прежде я от неё не слышал. - Когда твой новорождённый…ребенок…То есть, работа…В такой час?
- Прости. Я нужен был Деборе.
- Ты и мне нужен!
- Прости, пожалуйста. Мне очень жаль. – Умолял я и как ни странно именно это и чувствовал. – Я в этом деле совсем новичок.
Она смотрела на меня, качая головой
- Я исправлюсь, - поспешно добавил я.
Рита вздохнула и закрыла глаза.
- По крайней мере, ты прислал красивые цветы.
В тот момент, когда она произнесла эти слова, внутри меня, на темном заднем сидении начал позванивать колокольчик. Я, конечно же, не посылал никаких цветов. У меня недостаточно опыта во всех этих лицемерных штучках женатых людей, чтобы придумать такую уловку. Я даже не понял, почему срочный вызов на работу требует каких-то извинений, да еще и с подношением букетов! Конечно, у Риты были друзья, которые могли послать ей цветы. Я знал нескольких, которых теоретически можно назвать друзьями. Даже у Деборы мог случиться несвойственный ей припадок сентиментальности. В любом случае не было абсолютно никакой причины, чтобы несколько ароматных бутонов вызывали тревогу.
Однако они вызвали. Определенно вызвали – устойчивый, постоянный перезвон, который ясно говорил: что-то здесь не так! Поэтому я нагнулся, якобы понюхать цветы, а на самом деле пытаясь прочесть сопроводительную карточку. И снова, ничего особенного, просто картонка с надписью: "Поздравляю нас!" и с подписью синими чернилами: "Поклонник".
Из того же места, где звенел сигнал тревоги, раздалось злое хихиканье. Тёмный Пассажир развлекался, что и не удивительно. Декстер мог быть кем угодно, но уж достойным восхищения он точно не был! Насколько мне известно, у меня поклонников не было. Все, кто меня знал и мог восхищаться мной, уже давно мертвы и расфасованы. Так кто же мог так подписаться? Я достаточно изучил людей, чтобы понимать, что друг или член семьи написал бы своё имя, ожидая ответной благодарности. Обычный человек уже отзвонился бы и спросил: "Ты получила мои цветы? Я просто проверяю, а то они такие дорогие!"
Совершенно ясно, что такого звонка не было, так как Рита считает, что они от меня. И так же ясно, что в такой маленькой тайне нет ничего угрожающего.
Так почему же я чувствовал, как маленькие ледяные ножки шагают по моей шее? Почему я был уверен, что это угроза для меня, и что хуже, для Лили-Энн? Я постарался рассуждать логически, в чём я когда-то был очень хорош. Конечно, это не просто анонимные цветы, ведь я почувствовал тревогу раньше, когда заметил наблюдателя. И когда я сложил всё вместе, то вот что получилось: серьёзная или не очень возможность серьёзной или не очень угрозы. Или чего-то ещё.
Рассуждая так логически четко, я почувствовал себя неловко. Лили-Энн преследует идиот.
И этот идиот - я!
- Чёрт! – услышали мы мужской голос. – Чёрт! Чёрт!
Я обернулся, чтобы посмотреть, что там творится. К нам направлялся высокий, приятной наружности мужчина средних лет с прилизанными седыми волосами и короткой бородкой. Он присел на одно колено возле миссис Алдовар и взял её за руку.
читать дальше- Эмили, дорогая, - проговорил он, поглаживая её руку. – Ну же, Эм.
Свою карьеру я делал рядом с первоклассными детективами, и это явно сказалось на мне, потому что я тут же сделал вывод, что этот мужик – мистер Алдовар. И моя сестра не исключение - судя по всему, она пришла к такому же потрясающему выводу. Она, наконец, оторвала взгляд от агента Рехт и посмотрела вниз на мужчину.
- Мистер Алдовар?
- Ну же, дорогая, - повторил он для жены и тут же подтвердил слова Деборы, - Да, я Майкл Алдовар.
Миссис Алдовар открыла глаза и ошалело осмотрелась.
- Майкл? – пробормотала она.
Дебора присела рядом с ними.
- Я сержант Морган. Веду расследование об исчезновении вашей дочери.
- У меня нет денег! – вдруг заявил мистер, и Дебора удивленно уставилась на него.
- Это если вдруг выкуп…или…Она знала об этом. Саманта не думала…Уже звонили?
Дебора отрицательно помотала головой.
- Где вы были, сэр?
- На конференции, в Роли. Медицинская статистика. Мне надо было…Мне позвонила Эмили и сказала, что Саманту похитили.
Дебора быстро взглянула на Рехт, потом снова обратилась к мистеру Алдовару:
- Это было не похищение.
Он замер, а потом наконец посмотрел прямо на Дебору, по-прежнему сжимая руку своей жены.
- Что вы сказали?
- Мы можем поговорить, сэр?
Мужчина сначала посмотрел по сторонам, затем на жену.
- Мы можем отвести жену на диван? Она в порядке?
- Я в порядке. Просто… - простонала женщина.
- Декстер, - кивнула мне Дебора, - дай соль или что там надо. Помогите с Диком ей подняться.
Хорошо, когда на вопросы находятся ответы. Теперь я знал, что в мои обязанности так же входит и помощь женщинам, упавшим в обморок на месте преступления.
Так что я наклонился к миссис Алдовар, а Дебора увела её мужа в сторону. Дик тревожно смотрел на меня, напоминая здоровую красивую собаку, которая ждет, когда же кинут мячик.
- Эй, а у тебя есть эта нюхательная хрень? – поинтересовался он.
Как оказалось Декстер для всех являлся Главным Хранителем Нюхательной Соли. Я понятия не имел, что это такое и где это берут.
К счастью, миссис Алдовар не желала ничего нюхать. Она схватила нас с Диком за руки и пробормотала:
- Помогите встать, пожалуйста.
Мы вдвоем подняли её. Я поискал глазами какую-нибудь свободную горизонтальную поверхность, куда мы могли бы её посадить и в соседней комнате увидел стулья у обеденного стола.
Чтобы усесться на стул, миссис Алдовар не потребовалась наша помощь. Она села так же, как всегда садилась за стол в своём доме.
Я заглянул в соседнюю комнату. Спецагент Рехт со своим напарником направлялась к выходу, а Дебора усиленно их не замечала. Она была занята беседой с хозяином дома. За стеклянными дверями, в патио, Энджел Батиста-не-родственник снимал отпечатки с бокала. А меня так и манило огромное пятно крови на стене в комнате, всего-то в нескольких шагах. Вот это мой мир – мир крови, насилия и мясорубки. И с личной и с профессиональной точки зрения именно в таком мире я живу.
Однако сегодня вся прелесть такой жизни потеряла свою розовую оболочку, которая столько лет держала меня в себе. Я не хотел быть здесь, обозревая последствия чьей-то желанной игры, и даже больше - я уже сам не стремился к таким играм! Сегодня я хотел совершенно другого. Сюда я притащился, совершенно не желая того, просто из чувства долга перед Деборой и сейчас отчаянно желал вернуться в свой новоприобретенный мир, где всё поет и сверкает – Мир Лили-Энн.
Дебора бездумно посмотрела в мою сторону, потом снова вернулась к разговору с Алдоваром. Для неё я стал просто частью места преступления, вроде такого себе Фонового Дектера. Ну хватит! Пора возвращаться к Лили-Энн и Чудоленду!
Не задерживаясь, без всяких ненужных прощаний, я двинул к своей машине, которая всё ещё стояла в укрытии мусорных баков. Я ехал в больницу в преддверии часа пик, волшебного времени, когда каждый водитель на дороге чувствовал себя наделенным правом ехать по всем полосам сразу, только потому, что он выехал с работы пораньше. И в прошлой жизни я бы радовался такой чистой неприязни к жизни. Сегодня же это меня совсем не тронуло. Эти люди представляли опасность для окружающих, и это то, к чему в новом мире я не смогу относится терпимо, так как вскоре собираюсь возить Лили-Энн в балетную школу. Я ехал всего-то на десять миль быстрее разрешенной скорости, но это уже приводило в ярость соседних водителей. Они с обеих сторон объезжали меня, сигналя и показывая средний палец, но я твердо придерживался своего безопасного курса, и скоро приехал в больницу.
Когда я вышел из лифта на этаже родильного отделения, я на секунду замер от того, что почувствовал, как в Тёмных Подвалах Декстера раздался слабый шепот. Именно на этом месте я в тот раз почти увидел того, кто почему-то вёл за мной наблюдение. Но эта мысль показалась такой смехотворной, что я просто потряс головой и послал своему Пассажиру ментальное "фи". " Почти кого-то", ага. Я двинул по коридору дальше, в сторону к родовому залу.
Все мои знакомцы уже ушли, появились новые, и за окном Лили-Энн тоже не было видно. На мгновение я был совершенно дезориентирован – куда подевалась моя Лили-Энн? Но вскоре логика взяла верх. Ну, конечно же, прошло ведь несколько часов! Они не оставили бы ее тут в одиночестве на столь долгое время. Лили-Энн должно быть сейчас рядом с мамочкой, кушает и растёт. Я почувствовал укол ревности. У Риты есть с ребенком эта важная и неистребимая связь, преимущество, которого у меня никогда не будет.
Но к счастью для всех я услышал мягкий смешок внутри себя и согласился – да, Декстер! Если уж ты вдруг решил научиться чувствовать, то разве стоит начинать с чувства ревности к мамкиной груди? Твоя роль не менее важна – провести Лили-Энн по тернистому пути жизни. Кто же это сделает лучше меня? Того, кто прожил трудную жизнь, отведав всех жизненных тягот по полной, а теперь имеющий единственное желание – помочь дочери пройти трудный путь невредимой. Короче говоря, кто как не Сумасшедший Папочка Декстер? Всё это было так ясно и логично. Я прожил такую тёмную жизнь только ради того, чтобы теперь привести свою Лили-Энн к свету. Наконец всё встало на свои места и, хотя я научен горьким опытом, что если всё имеет своё место, то ты смотришь не с той стороны, я всё же от этой мысли успокоился. У меня был План, Истинный Образец и в своё время Декстер узнает, каков он, как только увидит, что он стоит на игровой доске. Я понял, зачем я Здесь: не для того чтобы мучить грешных, а чтобы вести невинных. Чувствуя себя великолепно от таких мыслей, просвещённый, я направился в сторону Ритиной палаты. Лили-Энн была там, возлежала на мамочкиной груди и крепко спала. На тумбочке у кровати стоял огромный букет красных роз и вообще весь мир был прекрасен.
Рита открыла глаза и устало улыбнулась.
- Декстер, где ты был?
- Срочный вызов по работе.
Она смотрела на меня не мигая, потом покачала головой.
- Работа. Декстер, я…У тебя же ребенок родился…
В подтверждение этих слов Лили-Энн пошевелилась и снова сонно засопела. Она и это делала так прекрасно!
- Да, я знаю.
- Это же не…Как ты вот так просто мог пойти на работу? – она говорила таким обиженным тоном, какого прежде я от неё не слышал. - Когда твой новорождённый…ребенок…То есть, работа…В такой час?
- Прости. Я нужен был Деборе.
- Ты и мне нужен!
- Прости, пожалуйста. Мне очень жаль. – Умолял я и как ни странно именно это и чувствовал. – Я в этом деле совсем новичок.
Она смотрела на меня, качая головой
- Я исправлюсь, - поспешно добавил я.
Рита вздохнула и закрыла глаза.
- По крайней мере, ты прислал красивые цветы.
В тот момент, когда она произнесла эти слова, внутри меня, на темном заднем сидении начал позванивать колокольчик. Я, конечно же, не посылал никаких цветов. У меня недостаточно опыта во всех этих лицемерных штучках женатых людей, чтобы придумать такую уловку. Я даже не понял, почему срочный вызов на работу требует каких-то извинений, да еще и с подношением букетов! Конечно, у Риты были друзья, которые могли послать ей цветы. Я знал нескольких, которых теоретически можно назвать друзьями. Даже у Деборы мог случиться несвойственный ей припадок сентиментальности. В любом случае не было абсолютно никакой причины, чтобы несколько ароматных бутонов вызывали тревогу.
Однако они вызвали. Определенно вызвали – устойчивый, постоянный перезвон, который ясно говорил: что-то здесь не так! Поэтому я нагнулся, якобы понюхать цветы, а на самом деле пытаясь прочесть сопроводительную карточку. И снова, ничего особенного, просто картонка с надписью: "Поздравляю нас!" и с подписью синими чернилами: "Поклонник".
Из того же места, где звенел сигнал тревоги, раздалось злое хихиканье. Тёмный Пассажир развлекался, что и не удивительно. Декстер мог быть кем угодно, но уж достойным восхищения он точно не был! Насколько мне известно, у меня поклонников не было. Все, кто меня знал и мог восхищаться мной, уже давно мертвы и расфасованы. Так кто же мог так подписаться? Я достаточно изучил людей, чтобы понимать, что друг или член семьи написал бы своё имя, ожидая ответной благодарности. Обычный человек уже отзвонился бы и спросил: "Ты получила мои цветы? Я просто проверяю, а то они такие дорогие!"
Совершенно ясно, что такого звонка не было, так как Рита считает, что они от меня. И так же ясно, что в такой маленькой тайне нет ничего угрожающего.
Так почему же я чувствовал, как маленькие ледяные ножки шагают по моей шее? Почему я был уверен, что это угроза для меня, и что хуже, для Лили-Энн? Я постарался рассуждать логически, в чём я когда-то был очень хорош. Конечно, это не просто анонимные цветы, ведь я почувствовал тревогу раньше, когда заметил наблюдателя. И когда я сложил всё вместе, то вот что получилось: серьёзная или не очень возможность серьёзной или не очень угрозы. Или чего-то ещё.
Рассуждая так логически четко, я почувствовал себя неловко. Лили-Энн преследует идиот.
И этот идиот - я!
@темы: перевод, Декстер на десерт / Dexter Is Delicious [Dexter 5]